Катар – мягкая сила не спасла?


В конце ХХ века «мягкая сила» для некоторых стран стала активным инструментом, который использовался государствами для продвижения своей внешней политики и своих интересов. Естественно «мягкой силой» в той или иной степени пользовались и за долго до этого времени. Например, возможностями «мягкой силы» с переменным успехом пользовались СССР и США во время Холодной Войны. Однако развитие средств коммуникации и интернета, с одной стороны ввели свои коррективы в саму суть и охват «мягкой силы», а с другой стороны открыли невероятные возможности для стран и сил, которые были бы не прочь воспользоваться новыми возможностями.

Почему-то исследователи и журналисты, как правило, освещают опыт и деятельность крупных стран на этом поле. Я считаю, что наиболее интересные примеры и подходы можно найти именно у средних и малых стран. У больших стран, в том числе, большие возможности и, зачастую, глобальные цели.

Если проанализировать регион Ближнего Востока, то можно увидеть, что тут сразу несколько стран выстраивает свою «мягкую силу». С конца 1990 и вплоть до 2011-13 годов, много писалось и говорилось о турецких школах и университетах, открывающихся в самых экзотических уголках планеты. Многие непосвященные в тонкости вопроса журналисты и эксперты воспринимали всю эту инфраструктуру, как основную часть турецкой «мягкой силы». Однако, пару лет назад, маски были сброшены, и стало ясно, что инфраструктура, всецело, создана религиозной сектой Фетуллаха Гюляна и служит целям его движения, а не турецкого государства. Оказалось, что одна из крупнейших стран региона почти не имеет эффективную «мягкую силу».

В то время, как большие страны региона распыляли свои ресурсы направо и налево, проводили эксперименты (не всегда удачные) в области «мягкой силы» или вовсе смирились со своим бессилием в этом вопросе, маленький и не по размерам амбициозный Катар все это время выстраивал собственную «мягкую силу». Исходя из своих долгосрочных и краткосрочных перспектив, а также имея четкий план действий.

Некоторые люди недовольные политикой Катара (а негодовать есть почему, но об этом чуть дальше), когда речь заходит об этой стране говорят, что «Катар это клан Аль-Тани и телекомпания Al Jazeera». Говоря о мягкой силе эмирата нельзя не упомянуть Al Jazeera. Al Jazeera наряду с Qatar Airways, пожалуй, являются самыми узнаваемыми брендами этой страны, также их можно назвать одними из самых известных брендов в мире. Но Al Jazeera не является единственным Катарским инструментом «мягкой силы», есть еще такая организация как “Qatar Foundation” созданный за год до Al Jazeera. Есть еще ряд организаций и фондов. Кроме этого, функционирует ряд онлайн изданий, финансируемых Катаром, и используемых для нападок на врагов эмирата. Чаще всего они используются для тиражирования ложной пропаганды, направленной против Саудовской Аравии или создания позитивного имиджа Катара, и семьи Аль Тани в глазах читателей.

Есть у «мягкой силы» Катара и оборотная сторона, которая заключается в плотных контактах с рядом экстремистских организаций, таких как «Хамас», «Братья Мусульмане» и ряд других более радикальных.

Считаю уместным немного остановиться на деятельности Al Jazeera. Телекомпания основана в 1996 году по указу тогдашнего эмира Катара. Популярность телеканалу принесли Талибан и Аль-Каеда, эксклюзивные материалы и заявления, которые транслировал этот телеканал. Имея в своем распоряжении внушительный, почти неограниченный бюджет, солидную материально-техническую базу и сильный кадровый состав, Al Jazeera к 2011 (к моменту начала Арабской Весны) году стала одной из самых популярных теле сетей на Ближнем Востоке.

Второй звездный час Al Jazeera испытала, когда в ряде арабских стран начались массовые выступления, потом получившие называние «Арабская весна».

Справедливости ради, стоит отметить, что во многом успеху Al Jazeera в этих странах способствовали местные диктаторские режимы, задушившие независимые или оппозиционные СМИ и светскую оппозицию в своих странах. Подавляя СМИ, активистов и журналистов в своих странах, они превратили Катарскую Al Jazeera в почти единственный источник альтернативной информации. Когда власти этих стран попытались что-то предпринять против Al Jazeera, то было уже слишком поздно. Например, в Египте Al Jazeera выступила в качестве рупора исламистской организации «Братья Мусульмане», близкой к властям Катара. Также в Ливии, Сирии и в Тунисе у Al Jazeera была своя линия. Однако «Братья Мусульмане», пришедшие к власти в Египте были свергнуты просаудовским генералом Ас-Сиси, поддерживаемые Катаром группировки не смогли свергнуть режим Асада, Ливия раскололась на несколько враждующих лагерей, а Тунис выбрал демократический путь развития. Можно сказать, что это битву Al Jazeera закончила в минусе. Нередки также провокативные репортажи Al Jazeera против Саудовской Аравии. Катарская власть считает Саудовскую Аравию своим главным противником, могу предположить, что основная цель катарской «мягкой силы» является минимизация влияния Саудовской Аравии в регионе Персидского Залива. Стоит, отметь, что Саудовская Аравия не может похвастаться столь эффективной инфраструктурой «мягкой силы» как Катар.

После Арабской Весны Al Jazeera лишилась части своей аудитории в арабских странах, соответственно пострадало и влияние Катара.

В 2013 году Al Jazeera покупает телеканал Current TV (США), созданный бывшим вице-президентом США Альбертом Гором, за данный медиа актив катарская сторона выложила около 500 миллионов долларов. Таким образом, катарская Al Jazeera вышла на один из крупнейших мировых телерынков.

В апреле 2016 года Al Jazeera объявила о прекращении вещания своего канала в США. Несмотря на внушительные инвестиции, телеканал не смог привлечь необходимое количество аудитории. Число зрителей Al Jazeera в США в прайм-тайм не превышало 30000 человек, что является ничтожным показателем для США. После закрытия американского канала около 700 сотрудников остались без работы. Странно, что менеджеры Al Jazeera не учли пару простых фактов о специфике медиарынка США, а именно: низкий интерес американцев к новостям из вне США и сформировавшуюся теле культуру, и теле традиции на американском медиа рынке. Даже само название «Al Jazeera» для уха американцев какое-то не привычное и уж точно не американское. Так закончилась американская эпопея Al Jazeera. Продолжая терять аудиторию, Al Jazeera в мае 2017 приостановила работу турецкого подразделения. Несмотря на то, что Турция и ее президент Реджеп Тайип Эрдоган были и остаются одними из немногих союзников Катара, и это страна с 80 миллионной, преимущественно, мусульманской аудиторией.

В попытке прыгнуть выше головы, Катар также взвалил на себя заботы и расходы по проведению Чемпионата Мира по футболу 2022 года. По задумке Катара это должно стать грандиозным мероприятием, своего рода мировым триумфом Катара. Естественно ЧМ с точки зрения катарского руководства, это всего лишь очередной раунд в крупной геополитической игре. Чемпионат мира, призван усилить влияние Катара и его «мягкой силы».

И грянул гром!

5 июня 2017 года, Саудовская Аравия, Египет, ОАЭ и Бахрейн обвинили Катар в поддержке терроризма и разорвали отношения с этой страной. Вслед за этим были также приняты санкции против Al Jazeera и Qatar Airways.

Представляю, как долго соседи Катара ждали этот момент. В целом, момент выбран вполне удачно, в Вашингтоне у власти другие люди, совсем недавно Саудовская Аравия заключила крупную оружейную сделку с США, Al Jazeera продолжает скольжение вниз, тема борьбы с террором как никогда актуальна, на фоне всего этого Катар заигрывает со злейшим врагом арабского мира — Ираном…

Это не первые разногласия между Катаром и его соседями, но никогда накал страстей не был так велик. На сей раз катарская «мягкая сила» не смогла дать адекватный ответ на атаку соседей. Катар получил некоторую поддержку от Ирана и Турции, но эти страны не могут считаться крупными игроками на мировом информационном поле.

Произошедшее с Катаром показало, что «мягкая сила» бывает крайне эффективной тогда, когда она сочетается с реальной силой страны. Катар, в этом плане, ни размерами, ни военной мощью не подходит на роль сильной страны.

Безусловно, шаги предпринятые против Катара его соседями, не будут для страны катастрофичными. Но неоспорим тот факт, что они создали стране ряд трудностей, которые несут не только логистический, но и политический, и экономический характер. Кроме того, были резко ограничены возможности работы катарской «мягкой силы» в странах региона. Я не прогнозирую полный закат катарской «мягкой силы», однако то, что она сегодня уже не такая как раньше это факт.

Примечательно, что катарский опыт пытались перенять несколько других стран, в том числе, такие как Иран и Россия. Но копии редко превосходят оригиналы. Например, в случае с Ираном и Россией, создав свои копии Al Jazeera, они сразу взялись за топорную, примитивную пропаганду, тем самым убив всякие шансы на успех своих проектов еще в зачатке. Полагаю, с учетом сложившихся обстоятельств, Катар не откажется от своей «мягкой силы» и всячески будет пытаться укрепить ее, и остановить спад. Удастся ли ему это покажет время.

Автор: Али Гаджизаде, руководитель проекта «The Great Middle East» 

Twitter @AHajizade 

 

БУДЬТЕ ПЕРВЫМ КОММЕНТАТОРОМ В "Катар – мягкая сила не спасла?"

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*