Абдуллах Хуррам: Позиция Германии в отношении беженцев все еще очень великодушна по сравнению с другими европейскими странами


Германия достаточно долгое время принимала и принимает мигрантов из разных стран мира. Однако, за последние несколько лет, кризис с мигрантами с Ближнего Востока и из Африки обострился. Люди в основном бегут от войны и от конфликтов. С просьбой прокомментировать этот вопрос мы обратились к Абдулле Хурраму, приглашенному научному сотруднику берлинского Института глобальной общественной политики, научному сотруднику по Южной Азии и Ближнему Востоку в PoliTact в Вашингтоне, советнику по стратегии в Gulf State Analytics в Вашингтоне.

Как вы считаете, готово ли немецкое общество принять большое количество беженцев и экономических мигрантов с Ближнего Востока? Способна ли Германия безболезненно ассимилировать этих людей?

Исходя из глубокого сострадания, Канцлер Ангела Меркель убедила немецкую общественность продолжать принимать беженцев из стран охваченных конфликтами, таких как Сирия. Около 1,1 миллиона беженцев были приняты Германией, в основном из стран Ближнего Востока и Африки. Этим Германия завоевало признание во всем мире,  в том числе Папы Римского и президента Обамы. Этих беженцев встречали ликующей толпой, и немецкий народ от всей души вложил свое время, энергию и деньги, чтобы приветствовать их.

В беженцах Германия увидела гуманитарный долг, а также экономическую возможность. По оценкам Германии, численность ее населения трудоспособного возраста уменьшится на 6 миллионов человек к 2030 году, и поэтому, приток молодого населения за счет беженцев будет способствовать поддержанию экономического роста [1].  По словам министра экономики Зигмара Габриэля, “Если нам удастся быстро научить тех, кто приезжает к нам, и привлечь их к работе, то мы решим одну из основных будущих проблем нашей экономики – недостаток квалифицированных рабочих” [2].

Более того, как утверждает Константин Рихтер, “Другие страны всегда уважали и завидовали Германии за ее экономический успех. Но мы точно не считались добросердечными или  милыми. И теперь, вдруг, миллионы мечтают приехать сюда, и мы польщены этим. Беженцы повысили нам самооценку”. [3]

Тем не менее, в атмосфере этого гуманитарного долга и экономической возможности, более широкие вопросы, такие как, что “немецкий менталитет”  будет значить для беженцев, остаются открытыми. Ассимиляция и культурные вопросы были проблемой с самого начала. По словам одного немецкого гражданина, приютившего беженцев в своей квартире в Берлине, “Некоторые даже ни разу не сказали ‘спасибо’. Один, похоже, искренне жалел нас, потому что у нас три дочери и нет ни одного сына. Другой, ни с того ни с сего, спросил не является ли моя жена ‘еврейкой’”. [4]

Что действительно преломило общественное мнение в отношении беженцев, были сексуальные нападения в канун Нового года в Кельне. Немецкая “willkommenskultur” — концепция гостеприимной культуры – и лозунг канцлера Меркель “wir schaffen das” – “ Мы это сделаем” – теперь начали постепенно угасать. Кроме того, экономические проблемы также стали частью того, как общественное мнение начало меняться. 77 процентов немцев считают, что беженцы увеличат долг Германии, 66 процентов считают, что станет труднее находить жилье, и 62 процента считают, что это приведет к большей преступности. [5]

В то время как на протяжении многих десятилетий, немецкий народ последовательно голосовал за традиционные послевоенные политические партии, сегодня, однако, огромный приток беженцев способствовал быстрому росту крайне правых, которые стойко выступают против беженцев. В частности, популистская партия «Альтернатива для Германии» (AfD) использует ситуацию в свою пользу, чтобы встряхнуть политическую динамику в стране. Приток беженцев также пробудил ультраправое движение “Патриотические европейцы против исламизации Запада”.

С января 2016 года, в Германии было зарегистрировано более 1800 случаев нападения на просителей убежища и на места их проживания. [6]  Кроме того, неприятие можно также увидеть и в других областях, например, в Нойперлах Зюд, в пригороде Мюнхена, жители начали строительство каменной стены  высотой в 13 футов, чтобы огородить их дома от центра для беженцев. [7] Более того, в сентябре 2016 года, крайне правые экстремисты были заподозрены в причастности к попытке взрыва мечети в Дрездене. [8]

Люди из других стран также воспользовались щедрой политикой предоставления убежища в Германии. Например, по состоянию на 2015 г., албанцы и косовары были в пятерке групп людей, прибывающих в Германию. Эта тенденция особенно встревожила правительство Германии, потому что оно рассматривает обе эти страны в качестве «безопасных стран происхождения”. [9] Таким образом, задача управления потоками беженцев продолжает становиться более сложной. Более того, суды Берлина парализованы количеством нерассмотренных заявлений о предоставлении убежища и еще более тревожным является тот факт, что только 13 процентам беженцев до сих пор удавалось найти работу. Тем не менее, одной из причин этого является и то, что пока их заявление о получении убежища не будет утверждено судом, они не могут формально присоединиться к рынку труда. [10] А для тех, кто уже на рынке труда и все еще являются  безработными, культурные аспекты также снижают их перспективы трудоустройства.  По словам сирийского беженца, “Вне зависимости от уровня нашего образования, иногда национальность играет большую роль в выборе людей. Это то, что я почувствовал, иногда, не всегда” [11]

Несмотря на все более негативное общественное мнение, позиция Германии в отношении беженцев все еще очень великодушна по сравнению с другими европейскими странами. Германское государство и общество продолжают восстанавливать жизнь беженцев. В свою очередь, беженцы также вносят позитивный вклад в немецкое общество. Например, беженцы из Афганистана помогли возродить крикет в Германии, и в настоящее время в стране насчитывается 230 команд с более чем 5000 игроками в крикет, принимающие участие в официальных лигах. [12]

Тем не менее, важный  вопрос, который остается, это:  если турецкие немцы — крупнейшая группа иммигрантов страны — в основном продолжают оставаться в своих анклавах, насколько правдоподобно верить, что беженцы из Ближнего Востока и Африки, в один прекрасный день, смогут должным образом интегрироваться в более широкое немецкое общество? Есть основания для оптимизма.  Но культурные силы продолжают содействовать рассеиванию этого оптимизма.

Twitter @abkhurram

 

БУДЬТЕ ПЕРВЫМ КОММЕНТАТОРОМ В "Абдуллах Хуррам: Позиция Германии в отношении беженцев все еще очень великодушна по сравнению с другими европейскими странами"

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*


Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.