Синан Байкент: Армения пытается добиться положения, существовавшего до Лозаннского договора


События 1915 года в Османской империи, некоторыми научными и политическими кругами, воспринимаются как «геноцид». Турция отрицает такую трактовку вопроса. Представляем вам интервью с турецким политическим аналитиком Синаном Байкентом. Интервью посвящено теме событий 1915 года, и о том, как разные страны используют историю в своих политических целях.

Недавно Бундестаг принял документ, в котором признал события 1915 года в Османской империи как геноцид. Германия традиционно рассматривалась Анкарой как союзник. Как вы считаете, чем руководствовались немецкие депутаты, когда принимали этот документ?

Действительно, союз между Германией и Турцией имеет долгую историю. Но следует подчеркнуть роль нынешней конъюнктуры для того, чтобы понять текущие двусторонние отношения. В то время как Германия больше не является Германией Вильгельма II, провозгласившего себя «защитником всех мусульман», и Турция не является той Турцией под властью Энвер-паши, придерживающейся внешней политике ориентированной на германофильские настроения. Времена изменились вместе с идеями, парадигмами и действующими лицами. Исламофобия, с одной стороны, и антизападные позиции с другой, соответственно являются преобладающими ценностями в этих странах. После поражения в 1945 году и воссоединения в 1989, Германия избрала «иудео-христианские ценности» в качестве своего собственного законного идеологического компаса. Иудео-христианские ценности глубоко исламофобны по своей природе. Эффект 11 сентября, послужил для того чтобы четко сформулировать и подчеркнуть эту суть. Двусторонние отношения между этими странами, должны быть проанализированы с двух хронологически различных точек зрения: первая, двусторонние отношения до 1945 года и вторая, двусторонние отношения после 11 сентября. Можно легко увидеть, как эти две страны были связаны друг с другом до 1945 года почти по всем аспектам (по крайней мере, по большинству общих вопросов) того времени. Однако после 11 сентября, Турция была естественно классифицирована как «потенциальная угроза» (неофициально, конечно), так как это страна с большим мусульманским населением. Даже при том, что усиление ПСР в качестве единственной правящей партии в Турции было поначалу положительно воспринято на Западе, либеральные энтузиасты быстро признали, что реальность совсем иная (особенно с 2007 года). ПСР осуществляла (и до сих пор осуществляет) строго религиозную и ориентированную на суннитов программу. Эта программа достигла своего пароксизма в период между 2011 и 2015 годами, особенно во время сирийской войны (ныне она немного стихла). Вопрос о потоке сирийских беженцев в направлении Старого Света и одновременно угрожающая политическая позиция, принятая Эрдоганом по этому вопросу, являются важными факторами, способствующими ухудшению двусторонних отношений между странами. Меркель не в восторге от Эрдогана; мир знает об этом. Но она также не поклонница мультикультурной политики внутри Германии. Политика шантажа, принятая Эрдоганом по вопросам, связанным с сирийской войной и сирийскими беженцами, в конце концов, раздражает Меркель. В 21-м веке, дипломатическая вежливость требует асимметричных ответных действий. Это то, как Россия поступила с Турцией в ответ на сбитый самолет, и это то, как Турция поступила по отношению к Израилю после инцидента с “Мави Мармара”. Так что, принятие документа, который признал события 1915 года, представляет собой асимметричный дипломатический ответ Турции со стороны Германии в свете кризиса с беженцами. До тех пор пока европейские страны выбирают само выражаться исходя из иудео-христианских ценностей (изобретение времен после второй мировой войны) и до тех пор, пока Турция предпочитает Ближний Восток Западу и Европе, аналогичные события, безусловно, будут продолжаться происходить в ближайшем будущем.

Национальная Ассамблея Франции одобрила законопроект, в котором в том числе предусматривается уголовное преследование и крупный штраф за отрицания «геноцида армян». Как вы полагаете, почему армянская сторона стремится добиться наказания за отрицание «геноцида»?

Во Франции проживает значительное количество армян, и они представляют собой существенный источник опросов на эту тему. Франция и Германия имеют схожие взгляды относительно Турецкой Республики. Оба финансируют и поддерживают РПК (по разным причинам, но все же), оба являются консервативными в отношении своих христианских традиций и, наконец, оба являются лидерами Европейского союза, в погоне за властью на Ближнем Востоке. Следует вспомнить, что Армения стала первой нацией в мире, которая приняла христианство в качестве официальной государственной религии. Таким образом, она представляет собой важный символ для христианских стран, как Франция и почему бы не Германия. Армения также имеет свое собственное геостратегическое значение. Это главные ворота, открывающиеся в Россию и Азию. Это было не случайно, что Севрский договор дал Армении нереальные доли земель Анатолии в 1920 году. Что касается вопроса связанного с так называемым «геноцидом», он включает в себя ряд средств для достижения большей цели. И что же я имею в виду под этим? Все националистические формы политической воли сопровождаются идеей воображаемых национальных земель. У Армянского национализма есть такая же идея. Эта специфическая мнимая земля сформирована, в основном, внутри фактических границ Турции. Благодаря хорошо организованной, скоординированной и дисциплинированной диаспоре в странах Запада, Армения пытается добиться положения, существовавшего до Лозаннского договора, который дал Турции ее независимость. Для того, чтобы пройти через этот процесс, Армения разыгрывает карту так называемого «геноцида». Потому что, если этот «геноцид» будет фактически всемирно признан, следующим шагом, безусловно, будет требование компенсации и … земель! Франция была отчасти величайшим создателем Севрского договора. В соответствии с Договором, большие части турецкого Курдистана должны были находиться под французским контролем; наряду с независимой национальной Арменией. В свете всех этих исторических фактов, то внимание, которое Франция уделяет к событиям 1915 года понятно. Но Франция, как и современная Германия, на самом деле является рабом того, что они называют «иудео-христианскими ценностями». Я искренне считаю, что французским дипломатам на набережной Кэ д’Орсе следует пересмотреть свои стратегии в отношении РПК и событий 1915 года. Это, в конце концов, приведет к созданию Великого Израиля, который будет простираться от Нила до Евфрата. Если это то, во что они хотят внести свой вклад в это дело, тогда вопросов нет. Но если нет; они должны придерживаться здравого смысла, пока не стало слишком поздно.

Несмотря на наличие крупных турецких общин в США и европейских странах (в том числе в Германии), создается впечатление, что они достаточно вяло реагируют на армянские притязания, как впрочем, и официальные турецкие власти. С чем это может быть связано?

Турция под властью Эрдогана была разорвана между Ближним Востоком и Западом. До Эрдогана Турция имела четкий путь и четкую стратегию: интеграцию на Запад. Эрдоган хотел переключить эту целенаправленную стратегию на более прагматическую. Ничего не вышло. Это был провал по всем фронтам. Поэтому сегодня Эрдоган позиционирует себя в соответствии с классической турецкой дипломатией — может быть, с явным отсутствием энтузиазма. Но у него нет другого выбора. Турецкое государство на самом деле никогда не ценило интеллектуалов, историков и философов. Оно никогда не воздавало должное «думающим людям». Сегодня мы видим, как катастрофичны последствия. У Армян на Западе есть известные политики, художники и интеллектуалы; у Турции нет никого. Никто не интегрировался в зарубежные системы и не получил признания в западном мире. У Курдов тоже есть важные фигуры; фигуры, которым они доверяют. К сожалению, Турции не хватает утонченного национального интереса. Все чем мы располагаем в нашей версии национального интереса это шантаж, саботаж и насилие. Я нахожу эти качества очень примитивными (хотя в определенные моменты они могут быть полезны). Я думаю, что настало время для Турции переосмыслить и заново сформировать свои стратегии относительно того, как быть современным государством, достойным 21-го века.

БУДЬТЕ ПЕРВЫМ КОММЕНТАТОРОМ В "Синан Байкент: Армения пытается добиться положения, существовавшего до Лозаннского договора"

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*