Иностранный легион: кто и почему воюет за Исламское государство


Террористы Исламского государства едут в Сирию и Ирак со всего мира. Зачем они это делают и почему дело не только в религии?

50 жителей Крыма — украинских граждан и иностранцев, постоянно проживающих на полуострове, — уехали в Ирак и Сирию воевать в рядах Исламского государства, Фронта аль-Нусра и связанных с ними структур. Еще 63 сторонника ИГ были переброшены через Украину транзитом в Турцию. Таковы данные Службы безопасности Украины по состоянию на январь этого года. Украина рассматривается исламистами как транзитная зона, считают в СБУ, хотя и не исключают возможности терактов, направленных против представительств, организаций и предприятий государств антитеррористической коалиции.

Оптовые поставщики

Определить численность армии ИГ невозможно. Данные, поступающие из различных источников, противоречивы: в Ираке и Сирии воюет от нескольких десятков до нескольких сотен тысяч боевиков. Среди них насчитывают десятки тысяч иностранцев. Некоторые из наемников — очень хорошо известны аудитории западных и русскоязычных СМИ. Среди них, например, Джихади Джон — недавно убитый в Сирии палач группировки, британский подданный; Абу Умар аш-Шишани — один из лидеров ИГ, командующий Северным сектором, гражданин Грузии; убитый осенью в Сирии немецкий рэпер Deso Dogg; Исрафил Йылмаз — известный в соцсетях боевик из Голландии, блоггер и тренер.

dcc3edc7cf52695428239c9d91c47f2b

Абу Умар аш-Шишани (источник — видео ИГ)

В ноябре 2014 года ООН насчитала 15 тысяч джихадистов из 80 стран мира в рядах ИГ и подобных группировок. В феврале 2015-го Разведсообщество США доложило о 20 тысячах зарубежных сторонников в составе группировки Исламское государство, включая 3,4 тыс граждан стран Запада.

Примерно в то же время самые свежие и убедительные данные опубликовал аналитический центр Soufan Group. Согласно оценкам экспертов, на стороне ИГ воюют боевики из 86 стран численностью 27-31 тыс человек. В организации отметили: несмотря на международные усилия, за последние 16 месяцев исламисты необычайно преуспели в вербовке зарубежных сторонников и удвоили их количество. Большинство наемников приехали воевать в Ирак или Сирию из стран Среднего Востока и Северной Африки (Магриба) — 8240 и 8000 из каждого региона соответственно. Примерно 5000 — выходцы из Западной Европы и 4700 — из постсоветских стран, еще 900 — из Юго-Восточной Азии и 875 — с Балкан. В пятерку главных стран-поставщиков боевиков вошли Тунис (6000 человек), Саудовская Аравия (2500), Россия (2400), Турция (2100) и Иордания (2000).

aba5dfad889211dd5916962b9ef870f8

Наемники ИГ по регионам и национальностям (источник — доклад The Soufan Group, декабрь 2015)

Что касается Европы, эксперты указывают на огромную диспропорцию между гражданами отдельных государств ЕС. Примерно наемников приехали всего из четырех стран: 1,8 тыс из Франции, по 760 из Великобритании и Германии и 470 из Бельгии. Дальше в списке по убыванию разместились Австрия и Швеция — по 300 боевиков из каждой, Голландия — 220 наемников, Испания — 133 бойца, Дания — 125 солдат и Италия — 87 боевиков.

Дополняют общую картину данные российского МИД за ноябрь прошлого года. В ведомстве насчитали 600 наемников из Узбекистана, 500 — из Киргизстана, 300 — из Таджикистана и еще по 200-250 — из Туркменистана и Казахстана. Кроме того, в тот же период времени глава Чечни Рамзан Кадыров рассказал, что 484 его соотечественника уехали воевать в рядах Исламского государства, 200 из них были там убиты, еще 50 — «покаялись» и вернулись домой.

040b83b91b9d4b739ee37ac57f0cb86f

Гражданин России Анатолий Землянка (Джихади Толик) казнит обвиненного исламистами в шпионаже соотечественника (источник — видео ИГ)

Боевик обыкновенный

Рекрутинг иностранных бойцов в группировку ИГ достиг мирового масштаба. Среди прочего специалисты объясняют этот феномен большим дружелюбием Исламского государства  в отношении выходцев из западных стран, в отличие от других джихадистских группировок. Директор Центра ближневосточных исследований в Университете Оклахомы Джошуа Лэндис отмечает, что в верхушке ИГ иностранцы занимают многие ключевые посты, поэтому зарубежный сторонник группировки более уверен, что в Исламском государстве его не будут дискриминировать по признаку гражданства.

Согласно исследованию Soufan Group, типичный возраст для боевиков ИГ — 18-29 лет. Хотя из этого правила есть немало исключений: некоторые наемники — старше 30, также не редкость и подростки 15-17 лет. Эксперты затрудняются ответить, есть ли общие социально-экономические или религиозно-воспитательные предпосылки присоединения иностранца к Исламскому государству — слишком разный путь к ИГ проходят «новообращенные» джихадисты с Запада.

dca5088b30c628fad541705e038e289d

Гражданин Великобритании Абу Саид аль-Британи (источник — видео ИГ)

Специалист по терроризму из Гарварда и автор книги «Террор во имя Бога: почему религиозные экстремисты убивают людей»Джессика Стерн акцентирует внимание на том, что наемники — это не обязательно религиозные фанатики. Более того, они могут быть невежественными в вопросах ислама. Такого же мнения придерживается и эксперт по терроризму, профессор Северо-Восточного университета в Бостоне Макс Абрамс: «Те, кто присоединяется к террористической группировке, как правило, только что обратившиеся в религию. Вероятнее всего, они бы провалили самый базовый тест по исламу».

Мотивация иностранцев воевать в рядах ИГ очень разная. Авторы доклада Понять джихадистов, основанного на интервью с 49 наемниками, делят боевиков на девять категорий:

  • искатели статуса (заработать деньги и признание);
  • искатели идентичности (аутсайдеры дома, хотят идентифицировать себя с другой группой людей);
  • искатели мести (считают себя частью группы, угнетаемой Западом либо кем-то еще);
  • искатели искупления (верят, что присоединение к ИГ искупает прошлые грехи);
  • искатели ответственности (таким образом материально или финансово поддерживают свою семью);
  • искатели острых ощущений (авантюристы);
  • искатели идеологии (хотят навязать свою религию другим);
  • искатели справедливости (таким образом реагируют на то, что считают несправедливым);
  • искатели смерти (рассматривают смерть в рядах ИГ с репутацией мученика как альтернативу суициду).

Авторы доклада отмечают, что мотивация наемников отличается, в зависимости от страны происхождения. Например, американские и западноевропейские джихадисты чаще сталкиваются с кризисом идентичности и желанием добиться признания. Также у них более ярко выражено отрицание западной культуры.

Директор отдела контртерроризма в Вашингтонском институте Ближневосточных исследований Мэтью Левитт отмечает, что многим иностранцам, которые не в состоянии четко определить свою идентичность и цель жизни, насильственная радикальная идеология исламистов предлагает легкие ответы и решения их проблем.

Исламское государство вывело свежую формулу для привлечения качественно новых сторонников, смешав грубое насилие с иллюзией стабильности и достоинства. Как отметил профессор Государственного университета Джорджии Джон Хорган, ИГ — это организация равных возможностей, где найдется место всем — от психопата-садиста до человека, движимого идеалами человечности.

27830fb4a85bb50108c09f702aa273b8

Абу Халид из Сиднея, в 17 лет ушел из дома «на рыбалку» и не вернулся (источник — видео ИГ)

Гуру социального маркетинга

Вопреки популярному заблуждению, иностранных боевиков Исламского государства почти никогда не вербуют в мечетях. 75% зарубежных сторонников в группировку приводят друзья и знакомые, еще 20% — члены семьи. И только 5% привлекают незнакомцы и вербовщики. Таковы данные исследования,представленного в ООН ведущим научным сотрудником Оксфорда Скоттом Атраном. Более того, эксперт подчеркнул: случалось, бывшие христиане оказывались самыми свирепыми из всех джихадистов, которых удалось найти.

Исламское государство использует интернет не столько для вербовки, как для подготовки почвы и выявления потенциальных новобранцев — зачастую родственников и друзей тех, кто уже присоединился. Группировка проводит самую успешную информационную компанию в истории терроризма. Руководство ИГ — люди, воспитанные интернетом, и они знают, как говорить с молодежью на общем языке, используя ее слабости: «Чувствуешь себя подавленным, живя на Западе? — Присоединись к нам и стань чем-то большим. Джихад — это лекарство от депрессии».

В марте 2015-го группировка предприняла попытку создатьсвою соцсеть по принципу Facebook. Также некоторое время работало специальное исламистское приложение для Android -The Dawn of Glad Tidings («Заря радостных вестей»). Сервис помогал сторонникам ИГ всегда оставаться в курсе последних новостей джихада. Кроме того, предприимчивые террористы попробовали монетизировать «бренд» и открыли на некоторое время интернет-магазин, где любой желающий мог приобрести сувениры и одежду с логотипом Исламского государства. А в столице Ливии работал даже реальный магазин с его атрибутикой.

4abb4aa16e1133b9aee5b915936cc909

Скриншот интерфейса соцсети исламистов Khelafabook

Группировка сумела вывести пропаганду в соцсетях на принципиально новый уровень. Если джихадисты прошлого использовали секретные онлайн-форумы, ИГ не скрывается и принципиально работает на платформах, открытых для максимального количества людей. Соцсети удобны, просты в использовании, бесплатны и позволяют стать частью мейнстрима.

Сторонники Исламского государства активно присутствуют практически везде: Twitter, Facebook, Instagram, YouTube, также на сервисах обмена сообщениями Kik, WhatsApp и SureSpot (используются для частной переписки), Q&A-сервисе Ask.FM (для возможности задать вопрос известному джихадисту анонимно), Scribd и Tumblr-блоге (где хранятся детальные инструкции, как из Запада через Турцию добраться в Сирию и не попасться службам безопасности).

Любимая соцсеть боевиков — это Twitter. Согласно докладуИнститута Брукингса, на конец 2014 года в Twitter насчитывалось как минимум 46 000 связанных с ИГ аккаунтов, которые твитили с популярными исламистскими хештэгами #AllEyesonISIS или #CalamityWillBefallUS. В феврале 2015-го представитель Госдепа США Джен Псаки заявила, что департамент выявляет около 90 000 происламистских твитов в день. Джихадисты активно используют именно Twitter во многом из-за того, что там легче скрыть подлинную личность. Также если какой-то из аккаунтов блокируется администрацией, новый можно открыть практически сразу же.

8a73474f16054859d1b90ffc3c7a7612

Коллаж из происламистских аккаунтов в Twitter

Чтобы привлечь новобранца, ИГ использует стандартный набор приемов. Есть официальный профиль группировки, где джихадисты выкладывают свои заявления и видео-обращения. Самые важные месседжи распространяют одновременно на арабском, английском, французском и немецком, потом переводят на другие языки, в частности, русский, индонезийский и урду. Есть профили для онлайн-трансляций боев и быта на захваченных территориях. Есть профили конкретных бойцов-селебрети, где они делятся с подписчиками деталями участия в боях и повседневной жизни, постят селфи с котятами, свой обед, сирийских детей.

Такое смешение на вид нормальной жизни и образа прославленного воина особенно привлекательно для молодых парней. Они видят призыв вступить в ряды Исламского государства как зов славы и путь героя.

b45fb8eb9837defc84baf070f7c7cac0

Боевик ИГ с котенком (источник — один из Twitter-аккаунтов группировки)

Блудные дети

Примерно 20% наемников гибнут на поле боя, многие оседают в Сирии или Ираке либо отправляются на джихад в третьи страны — например, в Ливию или Сомали. Но немало и тех, кто все же возвращается домой. По подсчетам аналитического центра Soufan Group, таких боевиков где-то 20-30%. Недавно директор Европола Роб Уэйнрайт заявил, что в данный момент на территории стран Европы могут находиться от 3 000 до 5 000 тренированных джихадистов. «Европа столкнулась с крупнейшей террористической угрозой за последние 10 лет», — заявил он.

Ценность бывшего наемника для Исламского государства варьируется, зависимо от целей группировки. Скотт Атран считает, что когда ИГ перефокусируется с удержания контроля над захваченной территорией на атаку врагов на их родной земле, поменяется и подход к вербовке и постановке задач перед зарубежными сторонниками.

Эффективного способа нейтрализовать потенциальную опасность от возвращения иностранных боевиков пока не найдено. Некоторые страны — например, Франция — криминализировали и поддержку, и участие в деятельности Исламского государства. Хотя этот подход трудно назвать успешным, поскольку именно места заключения нередко становятся рассадниками экстремистских идей. Сам главарь группировки Абу Бакр аль-Багдади активно включился в терроризм именно после заключения в одной из американских тюрем в Ираке. Другие же страны — например, Дания — в первую очередь пытаются социально реинтегрировать бывших боевиков — найти работу, помочь с образованием, наладить контакты с близкими.

Джорджия Холмер из Института мира США отмечает, что семейные и дружеские отношения — это ключевые факторы успешной дерадикализации и возвращения человека в общество. Как показали исследования, программы реабилитации с акцентом на приобретении жизненных навыков и восстановлении семейных отношений намного успешнее, чем те, которые направлены на устранение экстремистской идеологии.

Далеко не все вернувшиеся из рядов группировки ИГ собираются уничтожать своих соотечественников. Многие бегут из-за несоответствия реальности своим смутным ожиданиям от жизни на подконтрольной террористам территории. И дальнейший выбор бывших боевиков между насилием и мирной жизнью зависит также и от того, как встретят этих людей дома, готовы ли будут государство и общество принять их обратно.

Автор: Алена Савчук
Источник: ЛІГА.net

БУДЬТЕ ПЕРВЫМ КОММЕНТАТОРОМ В "Иностранный легион: кто и почему воюет за Исламское государство"

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*